Ретро радиатор DerbyCH 900/160 RETRO style--> Картридж--> Футболка для девочки Акулий плавник

Футболка для девочки Акулий плавник


Reviewed by:
Rating:
5
On 10.03.2019

Summary:

.

Футболка для девочки Акулий плавник

Отличное качество принтов


Обзор:

МОКРІ МАЙКИ Футболка для девочки Акулий плавник

Audi. Футболка, Реглан, Толстовка, Балахон, 4, Футболки, Куртки, Регланы, Толстовки.

Футболка для девочки Акулий плавник


Футболка для девочки Акулий плавник


НУБ В МАЙНКРАФТ ПАСХАЛКИ ДЛЯ ФРЕДДИ 4 АНИМАТРОНИКОВ 5 ночей ФРЕДДИ ФНАФ МУЛЬТИК МАЙНКРАФТ g mod.
New-York Historical Society 170 Central Park West at Richard Читать Way (77th Street) New York, NY 10024.

Футболка для девочки Акулий плавник

Phone (212) 873-3400 TTY 4 873-7489
Пальто для девочки (шитье, выкройка) Автор Наталья Викулова. Размер (рост) 140, 152.
Футболка для девочки Акулий плавник

Когда-то, десять тысяч лет назад, там, где теперь лежат поля, некогда шумели волны 4 внутреннего моря, 4 странные корабли таинственной, ныне бесследно.
It’s obvious why 4 strategic hilltop location with a commanding view of the Halifax harbour was chosen in 1749 for the fort destined to protect the city.

Https://ugra.site/kartridzh/aravia-organic-maska-antitsellyulitnaya-dlya-termo-obertivaniya-soft-heat-550-ml.html Halifax Citadel’s star shaped architecture is equally as impressive from the inside and out.

Футболка для девочки Акулий плавник

Step back in time with the 78th.
2018 Интернет-магазин популярных и горячих 4 Манжеты 4 Украшения и аксессуары, Браслеты, Каффы, браслеты, 4 и более связанных Воротник Манжеты, подобных cuff fake, arm cuff lace, fabric hem, запонки мужские рубашки.

Футболка для девочки Акулий плавник


Это создает определенный когнитивный диссонанс, который и усиливает комический эффект. Одна только заставка, 4 хвост самолета выщет в облаках, как акулий плавник, чего стОит)

Когда — то, десять тысяч лет назад, там, где теперь лежат поля, некогда шумели волны древнего внутреннего моря, плавали странные корабли таинственной, ныне бесследно сгинувшей.

Футболка для девочки Акулий плавник

Макдевитт Джек Звездный портал Посвящается Розанне и Эду Гэррити, в чьей компании я всегда мог размышлять вслух.
Хотелось бы выразить особую признательность тем, кто великодушно позволил использовать свое вымышленное alter ego в отчаянной ситуации, описанной в последних главах.
Кроме того, я пребываю в долгу перед Галеном Холлом и Брайаном Колом за их комментарии по поводу ранних вариантов рукописи; перед Джимом Читать статью, майором ВВС США в отставкеи перед Джоном Гоффом за технические рекомендации; перед Лорной Шарп из резервации сиу на Дьявольском озере в Северной Дакоте; перед Кристофером Шеллингом из издательства "Харпер-Коллинз" и Сью Варга за помощь в редактуре; перед собственной женой и надомным редактором Морин, не теряющей чувства юмора по отношению ко всему этому.
А также перед Джимом Карасом, привлекшим мое внимание к озеру Агассис.
Но что за дьявол втиснул их туда?
Александр Поп, "Послание к доктору Арбетноту" — Ну ни черта себе!
Уилл выпрямился, держа в руках лопату с черноземом, и взглянул, что привлекло внимание отца.
Из земли торчала жесткая треугольная 4, смахивающая на акулий плавник.
Вроде бы металл, но совершенно не тронутый ржавчиной.
Работали они допоздна при свете праздничной гирлянды на невысоком гребне, ограждавшем ферму с западной стороны, прокладывая трубопровод для подачи наверх воды из колодца.
Ласкер осветил находку фонариком, а Уилл потрогал ее носком ботинка.
В ночном воздухе пахло надвигающейся зимой.
Холодный хлесткий ветер раскачивал гирлянду.
Ласкер опустился на колени и руками в перчатках разгреб землю.
Предмет оказался ярко-красным, гладким и твердым.
Ласкер дернул, но предмет даже не шелохнулся.
Уютный и радостный свет из окон их двухэтажного щитового дома, в четверти мили отсюда, пробивался сквозь стену деревьев, обступивших дом со всех сторон.
Уилл поддел шест лопатой и вместе с отцом налег на рукоятку, как на рычаг.
Шест закачался, но не стронулся с места.
Они навалились вместе, но не удержались на ногах и со смехом повалились друг на друга.
Из окон спальни Ласкеров открывался вид на плоскогорье Пембина, состоящее из ряда округлых холмов, гребней и зубчатых скал — весьма впечатляющее зрелище посреди плоской как блин равнины.
Десять тысяч лет назад здесь было западное побережье внутреннего моря, покрывавшего изрядную часть Дакоты, Миннесоты, Манитобы и Саскачевана.
Тогда площадка, на которой ныне стоит дом, находилась на глубине нескольких сотен футов.
Ласкер, как большинство крупных и широкоплечих мужчин, отличался некоторой неуклюжестью.
Его каштановая шевелюра уже начала редеть.
Резкие, грубоватые черты обветренного лица несли на себе неизгладимую печать множества суровых зим.
Всю свою жизнь он прожил в районе Форт-Мокси.
Сам он себя считал личностью вполне заурядной — обыкновенным фермером, который много работает, мало вращается в обществе и более всего заботится о своей семье.
Он любил свою жену, она отвечала ему взаимностью, а двое их сыновей, подрастая, становились рассудительными, надежными мужчинами.
А еще Ласкер любил летать; как и многие местные фермеры, он имел пилотскую лицензию, владел самолетом "Катана DV-20", был обладателем боевого "Мстителя" времен второй мировой войны и состоял членом Конфедерации ВВС группы энтузиастов, увлекающихся восстановлением старых боевых самолетов.
На следующий день вскоре после рассвета они с Уиллом снова были на гребне.
В октябре на северных равнинах обычно холодно и бесприютно, и то утро не отличалось от других.
Ласкеру мешала раздутая пуховая куртка, но он еще не упарился от работы настолько, чтобы сбросить ее.
Торчавший из земли дюймов на пять "акулий плавник" был прикреплен к шесту диаметром в пару дюймов.
Напорись на такой даже на тракторе — мало не покажется.
Отваленный пласт земли даже в эту пору года источал пьянящий аромат.
Вокруг царила удивительная тишь — ни шороха, ни ветерка.
На забор присела голубая сойка и, склонив голову набок, принялась наблюдать за людьми.
Ласкера вдруг охватило чувство дивного единения с природой.
Но что важнее — эта загадка позволила ему чуточку сблизиться с сыном.
Далеко ли шест уходит в землю?
Отмерив от "плавника" футов пять по прямой, Ласкер принялся методически копать вглубь.
Уилл пришел к нему на помощь, и какое-то время спустя лопаты наткнулись на металл.
В шесте оказалось никак не менее полудюжины футов.
Они продолжали копать, пока не настало время Уиллу отправляться в школу.
Тогда Ласкер пошел в дом, выпил кофе с тостами и снова вернулся к находке.
Он все еще занимался раскопками, когда Джинн и позвала Картридж KYOCERA TK-1110 (1T02M50NXV) поесть.
После ленча жена пошла вместе с ним — посмотреть, из-за чего разгорелся сыр-бор.
Высокая, умная Джинни, коренная горожанка из Чикаго, приехала в Северную Дакоту работать таможенным инспектором, подальше от городской суеты.
Вскоре она влюбилась в этого парня, а он зачастил в Канаду в надежде, что на обратной дороге будет проходить контроль у нее.
Порой он даже покупал что-нибудь подлежащее обложению пошлиной.
Джинни до сих пор вспоминала, как он впервые попытался прибегнуть к этой уловке, потратив тридцать долларов в виннипегском книжном магазине на книгу по истории канадской авиации, и был явно разочарован, когда Джинни дала ему знак проходить, потому что книги пошлиной не облагаются.
Друзья пытались отговорить его от ухаживаний.
Рано или поздно она непременно сбежит к себе в Чикаго".
В их устах "Чикаго" звучало примерно так же, как и "Плутон".
Но с тех пор утекло уже двадцать лет, а она все еще здесь.
И, как Том, обожает, когда по ночам за стенами дома неистовствует вьюга, а в камине потрескивает огонь.
Глубина уже достигла шести футов, и из ямы торчала лестница.
Разве так уж обязательно вырыть ее целиком, а?
Просто отпили ее, и всего-то дел.
Джинни заглянула в траншею: — Там что-то есть.
Там действительно виднелся кусок ткани.
Ласкер спустился, разрыхлил землю вокруг ткани, потом попробовал вытащить ее.
Но у нас на сегодня запланированы и другие дела.
Ласкер нахмурился и вонзил лопату в мягкую почву.
Находка напоминала мачту, к тому же в комплекте с парусом.
Да еще укрепленную в палубе.
Ласкер позвал жмите сюда, и они принялись копать всей компанией.
Палуба принадлежала яхте, и притом немаленькой.
Полностью освободить ее от земли смогли только через неделю объединенными усилиями соседей, однокашников Уилла и даже прохожих.
Сама яхта являла собой прекрасный образчик кораблестроительного искусства; на ней имелась даже рубка, каюты и полный комплект оснастки.
Совместными усилиями ее выволокли на поверхность и уложили на бок, подперев шлакоблоками.
Младший сын Ласкера Джерри принялся мыть ее из шланга.
Стекающая грязь обнажала ярко-алые борта, кремовую белизну внутренних переборок и роскошную палубу, крашенную под сосну.
Ударяясь о корпус, вода рассыпалась мелкими радужными брызгами.
Спереди и сзади на штирборте болтались веревки — должно быть, швартовы.
С каждым часом толпа прибывала.
Бетти Кауснер осторожно потрогала киль раз-другой, словно боялась обжечься.
Джек Венделл, послуживший на флоте, стоял сбоку, уперев руки в бока и разглядывая судно оценивающим взглядом.
Ласкер даже не догадывался, кому могла принадлежать эта продолжить яхта, сверкающая в лучах чахлого дакотского солнца.
Не проходило и пяти минут, чтобы кто-нибудь не поинтересовался, не розыгрыш ли это.
Ласкеру пришла в голову лишь одна причина, по которой владельцу могло вздуматься схоронить подобное судно: без наркотиков тут не обошлось.
Он искренне опасался обнаружить внутри трупы и, поднявшись на борт, неохотно осмотрел все помещения одно за другим.
И вздохнул с нескрываемым облегчением, не отыскав ничего экстраординарного.
Судно отличалось от виденных Ласкером прежде, хотя он и не мог определить, чем именно.
А может, дело в пропорциях то ли грот-мачта расположена не там, где обычно, то ли обводы корпуса режут глаз непривычной геометрией.
Потом потрогал паруса носком ботинка.
По проселку подкатил автомобиль Эда Паттерсона, владельца магазинчика "Инструмент по руке" в Валгалле.
Автомобиль остановился, и оттуда выбрался Эд, его жена и пятеро детей.
Эд внимательно осмотрел яхту, покачивая головой, потом они с женой поглядели на Ласкеров с таким видом, будто те выставили на обозрение страшную фамильную тайну.
Дети, утратив интерес к судну, принялись гоняться друг за дружкой вдоль дороги.
Сходив в свой фургончик, Кауснер вернулся с рулеткой, сделал на земле отметки возле носа и кормы, измерил расстояние и провозгласил: — Сорок семь футов пять дюймов!
Будь среди собравшихся человек, разбирающийся в парусных кораблях, он опознал бы в судне кеч по наличию полного киля, широкому чуть меньше семнадцати футовокруглому корпусу и изящному профилю днища.
Палубу окружал фальшборт высотой до пояса, сходящийся к носу.
Штурвалов оказалось целых два: один в кокпите, а второй — на рубке, расположенной чуть дальше середины палубы.
Шпигаты шли и по левому, и по правому борту.
Единственное повреждение, обнаруженное на судне, — сломанный вал гребного винта.
Паруса выстирали и развесили в подвале для просушки.
Ласкер смотал с судна канаты, почистил их и убрал в сарай.
На уборку трюма ушло еще два дня.
Под палубой обнаружились две каюты, камбуз и ванная.
В каютах не было ничего особенного — по столу и по нескольку стульев в каждой, да по две койки.
В грубо обработанные переборки было встроено с полдюжины шкафчиков.
В камбузе нашелся холодильник, ряд устройств, смахивающих на микроволновые печи, и бачки для воды.
Но пиктограммы источник холодильнике и печах оказались незнакомыми.
В ванной был душ, умывальник и самый странный унитаз из когда-либо встречавшихся Ласкеру: низкий, широкий, без всяких признаков сиденья или крышки.
Тут тоже обнаружились символы, прочесть которые никто не мог.
Толпившиеся вокруг яхты соседи через какое-то время утратили интерес и разбрелись, оставив Ласкеров ломать голову над тем, почему судно оказалось под землей.
Как заметил Уилл, до воды тут далековато.
После обеда Ласкер устремил неподвижный взгляд на яхту, поблескивавшую в лунном свете.
Она пододвинула мужу кусок пирога с лимонным безе: — Должно быть, осталась от твоего отца.
А еще позже, когда она уселась почитать на сон грядущий, Ласкер натянул куртку и вышел.
Расположенный на отшибе Форт-Мокси словно забыл о времени.
Здесь не вводили никаких серьезных новаций, не были заметны и солидные культурные сдвиги, вызванные развитием техники, влиянием приезжих и социальной инженерии.
Городок и окружающая его обширная прерия будто угодили в тихую заводь времени, где президент Трумэн все еще у руля, где люди по-прежнему, относятся друг к другу с симпатией, а преступления почти неведомы.
Последнее злодейство случилось здесь в 1934 году, когда Багси Морган устроил перестрелку, пробиваясь через границу.
В общем и целом здесь спокойно жить и хорошо читать статью детей.
Равнина простиралась без конца и без края.
Некогда здесь был продолжить чтение озера Агассис — внутреннего моря, занимавшего куда большую площадь, чем все нынешние Великие озера, вместе взятые.
Да только его давным-давно нету.
Ласкер посмотрел на запад, где на месте прежнего берега высился гребень.
На всей равнине больше ни морщинки.
Ласкер много раз летал здесь, показывая окрестности мальчикам, — ему хотелось, чтобы они тоже любили родной край.
Прямо посреди пашни откопали яхту.
Хаукинс с улыбкой : Неужто на хлебной ниве вызрела настоящая яхта?
Переход на дальний план Форт-Мокси; панорама по прерии, наезд на лесозащитную полосу и строения фермы.
Марки: Эй, никто не терял яхту?
А то у нас рядом с границей один фермер озадаченно чешет в затылке.
Слушайте репортаж Кэрол Дженсен.
Переход на общий план: яхта и зеваки; крупный план Дженсен.
Дженсен: Лесли, говорит Кэрол Дженсен с фермы Тома Ласкера в округе Кавалер.
Чудесная яхта, мистер Ласкер.
Ласкер: Именно так, Кэрол.
Нынче летом эта земля у меня была под паром.
Весной собираемся посеять здесь пшеницу.
Но для этого мне нужна оросительная система, чтобы качать воду наверх.
Так что мы прокладывали трубы и наткнулись.
Ракурс, чтобы подчеркнуть габариты яхты.
Дженсен: Она была закопана целиком?
Ласкер: По самую маковку.
Дженсен: Мистер Ласкер, а кто мог оставить нечто подобное на вашей земле?
Ласкер: Кэрол, я даже не догадываюсь.
Дженсен в объектив : Итак, Лесли, это все.
Любопытно, что еще таится в долине Ред-Ривер?
Пожалуй, при высадке бегоний будущей весной надо быть перейти внимательнее.
Репортаж вела Кэрол Дженсен с фермы Ласкера у Форт-Мокси.
Марки: Вот наши новости и подошли к концу.
Хаукинс: Спокойной ночи, Лесли.
Увидимся завтра в десять.
Далее в нашей программе "Поздний Интерактивная развивающая игрушка My friends />Назавтра после репортажа о яхте Ласкера в "Лесли в десять" количество желающих увидеть диковинку сильно подскочило.
Их число редко бывало ниже полудюжины, а порой доходило до двадцати.
Дети начали продавать им кофе и рогалики и сразу же получили недурной доход.
Заехал и Хол Риордан, владелец склада пиломатериалов в Форт-Мокси долговязый, педантичный человек, тщательно обдумывающий даже поход в ванную.
Он был стариком еще в те времена, когда Ласкер ходил в школу, теперь же стал седым как лунь.
Ласкеры установили в трюме аккумуляторный обогреватель, и там стало тепло.
Побродив по каютам, пристально оглядев днище и мачты, Риордан явился на крыльцо хозяйского дома.
Ласкер послушно оглядел стык: — И что же?
Я полагал, что мачту делают отдельно, а после прикручивают.
Но вся эта штуковина будто отлита в одной форме.
Риордан не ошибся: на всем судне нигде не было ни малейшего признака стыков или болтов.
Ласкер хмыкнул, не зная, что сказать.
Утром Ласкер взял в аренду прицеп и вызвал из Гранд-Форкс такелажников, чтобы те подняли яхту на прицеп и перевезли поближе к амбару.
Толпа прибывала с каждым днем.
Бородатый, коренастый Молл всегда легко находил общий язык с людьми и принадлежал к числу старых приятелей Ласкера.
Они вдвоем стояли на обочине, наблюдая, как Джинни и Пэг, жена Молла, пытаются регулировать дорожное движение.
Молл поглядел на друга, потом перевел взгляд на судно.
Не знаю, каким боком здесь ты.
Яхта вроде как в хорошем состоянии.
Значит, закопали ее недавно.
Когда ж это могло приключиться?
Для этого надо было раскопать всю округу.
С какой стати хоронить в земле целый корабль?
Он потянет на добрых полмиллиона долларов.
Теперь она стояла на прицепе рядом с дорогой, гораздо ближе к дому, чем раньше.
Он делается выпуклыми буквами, вроде автомобильных номеров.
А тут их https://ugra.site/kartridzh/personalniy-gps-treker-tk-912-vizitka.html, — развел 4 руками.
Вымыв паруса струей из шланга, их развесили у входа в амбар, и теперь они слепили взор своей белизной, особенно когда выглядывало солнце, будто и не лежали бог весть сколько лет в земле.
Ласкер стоял в амбаре, сунув руки в карманы и разглядывая паруса.
Только тут до него впервые дошло, что в его распоряжении вполне исправное судно.
До сих пор он все ждал, что вот-вот пожалует истинный владелец и предъявит свои права.
Но в это тихое, блеклое, холодное воскресенье, почти две недели спустя после извлечения яхты из земли, она как-то вдруг стала его собственностью — к добру это или к худу.
Ласкер ни разу в жизни не ходил под парусами, не считая одной-двух поездок в качестве пассажира.
Зажмурившись, он вообразил, как они с Джинни плывут мимо невысоких Виннипегских холмов, а летний закат красит небо в багровые тона.
Но стоило ему взобраться по склону к яме, из которой недавно извлекли яхту, заглянуть в эту разверстую рану на западном краю его владений и задуматься о том, кто скрыл ее там, — как оттуда повеяло жутью.
Чего греха таить, ему было не по себе.
Перила поддерживал ряд балясин, тоже ничем не прикрепленных к палубе, а словно выросших из нее.
Когда охотник за сувенирами за день до Хэллоуина читать утащить одну балясину, ему пришлось выпилить ее.
Никто не видел, как это произошло, но в результате Ласкер по наступлении сумерек стал завозить яхту в амбар и запирать его двери на засов.
На середину ноября у Ласкера был запланирован полет на "Мстителе" в Оклахома-Сити для участия в воздушном празднике.
Обычно Джинни отправлялась на подобные мероприятия вместе с ним, на месте стрелка-радиста.
Но на сей раз она была сыта суетой по горло и объявила о своем намерении остаться.
Кроме того, зная, что судно наверняка стоит целую кучу денег, Джинни не собиралась просто бросать его в амбаре.
Ласкер рассмеялся и возразил, что яхта все время стоит у дороги, и пока что никому и в голову не увидеть больше ее утащить.
В пятницу она взглядом провожала его самолет, пролетевший над https://ugra.site/kartridzh/informatsionnaya-tablichka-26.html />Он покачал крыльями, а Джинни помахала ему хотя и знала, что Том этого не увидит и вернулась в дом, чтобы развесить выстиранное белье для просушки.
Шесть часов спустя она отдыхала в гостиной, смотрела старый фильм "Коломбо" и слушала, как завывает ветер за стенами.
Уилл ушел гулять, а Джерри в своей комнате играл на компьютере.
Посвист ветра и шелест Платформа Shuttle действовали очень успокоительно, чем-то напоминая сопение спящих детей и жужжание миксера, готовящего молочный коктейль после их возвращения из школы.
Во время рекламы Джинни поднялась, чтобы взять воздушной кукурузы.
И выглянула в окно.
Ночь была безлунная, а сквозь шторы просачивалось слишком много приведенная ссылка, и Джинни прижалась носом к стеклу, напрочь запечатанному от холодного ветра Северной Дакоты и не открывавшемуся даже во время короткого лета.
Сквозь щели в источенных непогодой стенах амбара, находящегося ниже по склону, просачивался зеленоватый свет.
Но только летчика душа Принадлежит другой подружке.
Бомбардировщики твердят, Иного слышать не хотят, Что если ты в полете, То для тебя милее нет Хоть обойди весь белый свет Чем "Молния" в эскорте.
Неизвестный автор, "Молнии в небесах" "Локхид-Молния" сверкал в лучах солнца, клонящегося к закату.
Эта живая реликвия, участвовавшая в великом походе против Гитлера, до сих пор могла подниматься в небо и выглядела по-прежнему грозной боевой машиной.
О мощи говорил и сдвоенный хвост, и обтекаемая кабина, и широкие, изящные крылья.
Сосредоточенные в носу пулеметы и пушка резко выдавались вперед, и не без резона: их огонь был не в пример точнее, чем огонь расставленных на крыльях пушек других машин того времени.
Попадать в перекрестье прицела этого самолета не стоило.
P-38J — самолет с норовом, требует от пилота способности слиться с ним воедино.
Пожалуй, такого, как Макс, он умеет каждой клеточкой своего тела отождествить себя с машиной, с каждой гайкой, проводком и рулем.
Керр — высокий, импозантный, симпатичный, хоть и чуточку подержанный смахивал на Бронко Адамса, опереточного героя книжек Керра.
Вымышленный Бронко излетал Дальний Восток вдоль и поперек в серии высокооктановых, высокосексуальных триллеров.
Сам Керр привык определять собственный стиль, как "одна чертовщина за другой".
Неудивительно, что именно он надумал завести один из Р-38, которых во всем мире остались считанные единицы.
Макс запоем прочел три его романа — "Желтая буря", "Ночь в Шанхае" и "Полет над Бирмой", они поразили Макса мастерством автора в описании деталей полета.
Макс воззрился на писателя, смотрите подробнее на фоне бело-голубой звездной эмблемы, изображенной на нажмите чтобы узнать больше двигателя.
Самолет сверкал свежей краской тропического камуфляжа; его бортовой номер "К-9122" был выписан белым на фюзеляже, рядом с названием "Белая молния" и изображением бутылки виски.
В 1943 году самолет базировался на аэродроме под Лондоном, где была расквартирована часть эскадрильи, действовавшая совместно с Королевскими ВВС.
Потом эскортировал бомбардировщики, летавшие на Берлин, — дальность его полета и огневая мощь идеально подходили для подобных задач.
А в 1944 году отправился на Тихий океан.
Послужной список "Белой молнии" был весьма впечатляющим.
Макс по крупице восстановил его, копаясь в архивах ВВС, беседуя с пилотами и работниками наземных служб, и записал всю эту информацию на дискету.
Кстати, достоверно известно, что он сбил восемь истребителей.
Мне этого не надо, — отмахнулся Керр.
Достав ручку с золотым пером, он огляделся в поисках ровной поверхности и подошел к горизонтальному стабилизатору хвостового оперения.
Это фирма Макса, восстанавливающая и продающая старые боевые самолеты.
Доход компании составит сотню с четвертью: Недурно!
На зеленом поле чека была воспроизведена репродукция принадлежащего Бронко Р-38 в полете.
Сложив чек, Макс спрятал его в нагрудный Leifheit 57029 и поинтересовался: — Вы что, хотите поставить его в музей?
Я хочу поставить OCP для картриджей EPS T0342 (2100/2200), 500 gr на газон перед домом.
У Макса вдруг засосало под ложечкой.
Он в идеальном состоянии!
Его нельзя ставить на газон.
на этой странице выглядел искренне озадаченным.
Пилот Керра Бронко Адаме — обаятельный, остроумный и очень человечный герой.
Его обожают миллионы читателей, они считают, что писатель поднял авиационный триллер на новые 4 />И Макса не могла не потрясти мысль, что замечательный творец — просто ничтожество.
Да не может такого быть!
Ладно, нельзя ли побыстрее, а то меня ждут дела.
Бразильский рейсовик сделал круг над аэродромом перед заходом на посадку, выделяясь на фоне безоблачного неба своей красно-белой окраской.
Максу оставалось лишь догадываться, кто же такая эта Джени.
Макс принадлежал к династии военных летчиков.
Эта фамилия встречается даже в списках эскадрильи Окольцованных Фуражек за 1918 год.
Но Макс оказался пресловутой ложкой дегтя — он не питал пристрастия продолжить армейской жизни и не горел желанием лезть под пули.
Надо отдать должное его отцу, полковнику ВВС США в отставке Максвеллу Е.
Коллингвуду — тот постарался не выдавать, как он разочарован в единственном сыне.
Но скрыть огорчение до конца все-таки не смог, и Максу не раз доводилось услышать, как отец наедине с матерью высказывает сомнение в непогрешимости генетики.
Это сомнение укреплял тот факт, что юный Макс вообще должен был получить двойную дозу наследственности — на свет его родила Молли Грегори, в прошлом израильская вертолетчица, во время Шестидневной войны заслужившая прозвище Молли Героиня, когда затеяла перестрелку с береговой батареей во время операции по спасению подбитой канонерки.
Молли поощряла решение сына держаться подальше от армии, и он не мог не замечать ее удовлетворения от того, что сын не собирается напрашиваться на неприятности.
Как ни странно, одобрение матери огорчало его.
Но он умел радоваться жизни, любил общество привлекательных женщин и получал удовольствие, наблюдая метели или закаты.
Жизнь дается лишь раз, и Макс не собирался рисковать ее радостями ради чьих-нибудь извращенных представлений о чувстве долга.
Главная забота Макса — сам Макс.
Если у него и были какие-либо сомнения насчет собственного характера, то все его подозрения с лихвой подтвердил инцидент в Форт-Коллинз, свидетелем которого Макс стал в двадцать два года.
Он работал гражданским пилотом в "Уайлдкэт Эрлайнз", летая с грузами и пассажирами между Денвером и Колорадо-Спрингс.
Однажды холодным ноябрьским днем он осматривал свой двухмоторный "Арапахо", стоя под крылом с блокнотом в руках, когда на приземление пошел рейсовый двухмоторный бело-голубой "Боло"; Макс и сам не знал, что привлекло его внимание, но он почему-то решил понаблюдать за посадкой.
Солнце PL-106R00654-M Картридж ProfiLine еще довольно высоко над горами.
Самолет покатил по посадочной полосе, и Макс разглядел лицо широко улыбавшейся девчушки с каштановыми кудряшками в переднем правом иллюминаторе салона.
Самолет уже приближался к зданию аэровокзала, когда, выпустив тоненькую струйку черного дыма, левый мотор запылал.
Ужаснувшись, Макс двинулся вперед.
Должно быть, взорвался бензопровод, потому что пламя с ревом пронеслось по крылу и охватило фюзеляж еще до того, как пилот успел что-либо предпринять.
Улыбающаяся девчушка даже ничего не заметила.
Из здания выскочил кто-то в белой рубашке, с развевающимся галстуком и во весь дух понесся к самолету.
Но он был чересчур далеко.
Огонь ревел уже над топливными баками.
Макс едва успел сделать пару шагов, когда понял, что это бессмысленно, и остановился в ожидании взрыва, понимая, что все уже слишком поздно, и почти желая, чтобы всепожирающая вспышка положила этому конец.
Девчушка смотрела на него и теперь тоже заметила пламя.
Выражение ее лица изменилось, и она опять посмотрела на Макса.
Этот взгляд навсегда отпечатался в его памяти.
Потом человек с галстуком пронесся мимо Макса, громко шлепая подошвами по бетону, и Макс крикнул ему вслед, что он погибнет.
Но тот подлетел к самолету, рывком распахнул дверь и скрылся внутри.
Девочка все еще смотрела на Макса.
Потом чьи-то руки повлекли ее прочь от окна.
В этот миг все и произошло.
Самолет превратился в огненный шар.
Волна жара прокатилась над Максом, бросившимся ничком на бетон.
Так он и постиг свою сущность.
Люди чаще всего осознают наступление решительного момента собственной жизни лишь впоследствии, мысленно оглядываясь в прошлое.
Поход в книжный магазин приводит к встрече, ведущей прямиком под венец.
Знакомство с попутчиком в позднем такси может перейти в дружбу, два года спустя обеспечивающую повышение по службе.
Макс пережил поворотный момент вскоре после взрыва в Форт-Коллинз, когда запланированное обольщение не состоялось и ему надо было как-нибудь убить время в приятное весеннее воскресенье.
Друзья уговорили его посетить воздушный парад боевых машин, где Макс и наткнулся на Тома Ласкера и его торпедоносец "Мститель".
Ласкер оказался летающим фермером, владельцем нескольких тысяч акров на северной границе.
Картридж Net Product N-TK-3100 href="https://ugra.site/kartridzh/filtero-meshki-pilesborniki-sam-02-standard.html">topic Filtero Мешки-пылесборники SAM 02 Standard visible тогда только-только приобрел "Мститель" на аукционе и уже начинал в этом раскаиваться, когда Макс, не желавший обедать в одиночестве и высматривавший компанию, узрел сперва самолет, а затем крупного мужчину с обветренным лицом — тот сидел на стуле задом наперед и озабоченно разглядывал машину.
Потрепанный "Мститель" стоял кособоко, краска на нем облупилась.
Но что-то в нем затронуло романтическую душу Макса — этот грозный, прекрасный, терпящий бедствие самолет воплощал в себе ожившую историю.
То была первая встреча Макса со старой боевой машиной.
Она-то и перевернула всю его жизнь.
Ласкер разговаривал с самолетом.
Тогда-то Макс и начал заниматься старинными самолетами.
Заключив сделку с Ласкером, он потратил несколько недель на восстановление "Мстителя": нанял специалистов, чтобы те поменяли мотор и подтянули гидравлику, установил электронное оборудование последнего образца, заново выкрасил самолет серой краской и нанес на него новый комплект эмблем и знаков отличия.
Боевые звезды сверкали на фюзеляже и крыльях, и самолет собрал целую толпу, когда Макс прилетел на нем в Форт-Мокси, чтобы вернуть владельцу.
Хотя расставался он с машиной весьма неохотно.
Приехавшая с ним вместе жена Джинни пришла в неистовый восторг при виде итога трудов Макса, чем навечно заслужила его искреннюю симпатию.
Она сфотографировалась перед самолетом, а Том уговорил ее прокатиться.
Они с Ласкером кружили над городком полчаса, а Макс дожидался их в конторе.
Приземлившись, они пригласили Макса к себе на ферму, где Джинни подала обед с ростбифом.
Потом они пили, болтали далеко за полночь, и Макс заночевал в гостевой комнате, как еще много раз впоследствии.
С тех пор Макс занялся восстановлением старых самолетов.
Полковник и Молли Героиня одобрили его выбор.
Под вечер Макс пробил низкие облака, заходя на https://ugra.site/kartridzh/kartridzh-epson-c13t79144010.html Челлис в Фарго.
Управлять Р-38 было одно удовольствие, и Макс чувствовал себя на седьмом небе.
Однако он упустил изрядный куш.
Теперь компании придется заново выставлять машину на продажу, и в следующий раз вряд ли подвернется настолько выгодная сделка.
И все же Макс считал себя скорее художником, нежели бизнесменом.
И его искусство вбирало в себя не только дизайн фюзеляжа и боевые эмблемы на нем, но и сдержанную мощь двигателей, и высокие летные качества.
Боевые машины "Закатной авиации" не должны гнить на газонах богачей.
Если честно, Макс даже от музеев не приходил в восторг, но там по крайней мере люди могут полюбоваться старыми самолетами в натуральном виде.
Ну и ладно, гори оно синим пламенем!
Может, он и получит за это пару оплеух, зато сегодня снова сидит за штурвалом "Молнии".
Разумеется, он установил в кабине современное навигационное оборудование, так что поймать сигнал радиокомпаса и выйти по прямой на ВПП труда не составило.
На трехмильной отметке самолет шел на высоте в читать сотен футов.
Макс прибрал дроссель и опустил закрылки.
Индикаторы замигали, сообщая, что шасси выпущено.
Макс легонько подал штурвал от себя.
Левее мелькали фары машин, проносящихся по Плейнс-авеню.
Как только под крыльями показался бетон, Макс закрыл дроссель и приподнял нос машины.
Самолет немного спланировал и коснулся полосы колесами.
Макс развернул Р-38, радиосигналом открыл ворота ангара и вкатил крылатую машину внутрь.
Там стояли перейти на страницу два самолета, над которыми сейчас трудилась компания: Норт-Американ Р-51 "Мустанг", предназначавшийся для Смитсоновского института, и Рипаблик Р-47 "Удар грома", принадлежащий аризонскому телевизионщику.
Макс выбрался из кабины и ухмыльнулся, вообразив, как удивится механик поутру, когда увидит "Молнию" на прежнем месте.
Через минуту он уже был в кабинете.
Стелла оставила кофеварку включенной, так что Макс нацедил себе кофе и уселся за стол.
Автоответчик записал пару звонков — один от поставщика запчастей, а второй от Джинни Ласкер.
В голосе ощущалось напряжение, чуть ли не испуг.
Макс уже было снял трубку, но тут же отложил ее, услышав, что входная дверь открылась.
Сейл — хозяйка и единственный пилот компании воздушных грузоперевозок "Тор", тоже расквартированной в Челлисе, обладательница чарующих синих глаз, пышной копны каштановых волос, задумчивой улыбки и штурмана компании "Ти-Дабл-ю-Эй" из Сент-Пола.
У Макса были поползновения на ее счет, но Сейл держала его на расстоянии вытянутой руки.
Порой они даже перешучивались на эту тему.
Самолет стал флагманом компании "Тор", перевозящим грузы по Соединенным Штатам и Канаде.
За это время парк "Тора" пополнился еще двумя самолетами, а теперь Сейл договорилась о покупке четвертого.
Время от времени Сейл участвовала на "Бетси" в воздушных парадах, а однажды они с Максом даже воспользовались самолетом ради доброго дела.
В прошлый Новый год Фарго замело, медицинские вертолеты не справлялись с экстренными вызовами, а на дальней ферме в критическом состоянии ждал помощи парнишка, почти отхвативший себе руку циркулярной пилой.
Они навесили на С-47 лыжи и слетали на нем в Пеликан-Рэпидс.
Приземлившись восточное городка на льду озера, они захватили парнишку и доставили его в Фарго, где врачи благополучно пришили руку на место.
Похоже, новость порадовала Сеид.
Макс знал, что заботливое отношение к самолетам — одна из тех его черт, которые нравятся ей больше всего.
Взяв чашку, она налила себе кофе.
Речь шла о большущих деньгах, так что одной антипатии мало.
Слушай, вокруг куча людей, готовых глотки друг другу перегрызть ради обладания этим самолетом.
Я не хочу хвататься за первое попавшееся предложение.
Порой Максу начинало казаться, что у него есть шансы завоевать сердце Сейл, но он оставил подобные попытки больше года назад.
Сев 4 него, Сейл попробовала кофе и поморщилась: — Пора заварить новый.
Чтобы участвовать в ежегодном параде на аэродроме Сесил, подумал Макс.
Значит, она осматривала свой С-47.
Сейл поглядела на него долгим взглядом и удалилась.
Входная дверь скрипнула, открываясь, затем захлопнулась.
Нажав кнопку автоматического набора номера Ласкеров, он услышал гудок, и почти тотчас же Джинни сняла трубку: — Алло!
Спасибо, что позвонил, Макс, — с тревогой в голосе отозвалась она.
Макс представил себе многие и многие акры пахоты, раскинувшиеся на бескрайней, плоской как блин равнине.
Про нее рассказывали по телевидению.
Ты это хочешь сказать?
Вряд ли ее кто-либо трогал.
По-моему, свет включился сам по себе.
Это габаритные огни, длинные зеленые лампы на носу.
Макс все еще не мог взять в толк, о чем речь: — А кто ее зарыл?
Мы ничего не знаем — кто зарыл и когда.
Альфред Теннисом, "Титон" Ну по крайней мере хотя бы есть повод снова вывести "Молнию" приведенная ссылка взлетную полосу.
Лететь от Фарго до Форт-Мокси и границы миль сто пятьдесят на север.
Ночь стояла беззвездная, земля была погружена во тьму, изредка разбавляемую огоньками уединенных ферм и одиноких автомобилей, катящих по проселочным дорогам.
В кабине самолета Макс всякий раз чувствовал себя обновленным, славно оставил повседневные хлопоты на земле.
Мерный рокот двух моторов наполнил ночь, и Макс попытался вообразить, каково было лететь бок о бок с В-17 над Германией.
Потом представил, как выпускает очередь в поединке с двумя "Мессерами-109", и впереди вспухает огненный смерч.
Заходя на посадку в Международном аэропорту Форт-Мокси, он широко улыбался.
Уилл Ласкер дожидался его рядом с черным пикапом марки "форд".
Одетый в куртку с футбольным номером, парнишка выглядел смущенным.
Макс кивнул и забросил сумку в кузов.
Уилл обрушил на него целую лавину сведений, рассказав, как они нашли яхту, как та выглядит, как их до сих пор донимают ежедневные посетители.
Уилл сосредоточенно всматривался вперед.
Машина оставила огни Форт-М оке и позади, выкатившись на темные просторы прерии.
Макс даже не представлял, что за судно можно найти посреди пашни.
В его воображении сложился образ прогнившего корыта с фонарями, свисающими с планшира, и он оказался совершенно не готов к зрелищу, ждавшему в амбаре, куда привела его Джинни.
Изящная яхта сверкала яркими красками даже в свете голых ламп накаливания.
Уилл оказался прав: подобному Ista Многофункциональный очиститель место в озере Виннипег, а не в обшарпанном амбаре в окрестностях Форт-Мокси.
Яхта стояла на прицепе.
Снабженный шарниром грот был сложен.
У стены высилось несколько свертков белого холста.
По влажной духоте и запаху конюшни Макс догадывался, что в глубине амбара расположены стойла лошадей.
Потом разглядел лампу на носу судна, длинную и каплевидную, но та не горела.
На всем судне не было ни огонька.
Широкий, длинный киль шел от носа до кормы.
Штурвал виднелся на корме, но вполне вероятно, что его дубликат имелся и в рубке, установленной чуть впереди от кокпита.
На носу, под лампой, были начертаны черные угловатые письмена, не похожие ни на какие известные Максу.
Амбар погрузился во тьму — непроглядную, вязкую, чуть ли не осязаемую.
Что-то затлело — сперва слабым, фосфорическим блеском, текучим и аморфным, словно лунный свет, просачивающийся сквозь тонкую облачную пелену.
Свет становился ярче прямо на глазах, набираясь насыщенной зелени, как лужайка после весеннего ливня или лучи солнца, просачивающиеся в море.
Он наполнил стойла, озарил вилы и мотыги, отбросил резкие тени от трактора и Картридж Epson C13T26114010, расположенных у стены.
Макс изумленно глядел на сияние, теперь уразумев, чем была напугана Джинни.
Огонь должен быть красным.
Макс обернулся к Джинни.
Макс сцепил руки за спиной и двинулся вокруг яхты.
Итак, прежде Картридж CS-C1823D 23 стоило бы выяснить, зачем зарывать в землю такое сокровище?
Потом подошел к полкам с парусами.
На ощупь материал оказался совсем не похожим на парусину.
Сколько я здесь живу, такого быть не могло.
Предыдущего владельца можно вычислить по нему.
У нее же есть винт.
Вал уходит в небольшой зеленый ящик.
посмотреть больше ящик мы не смогли, но на мотор он не очень-то похож.
Джинни снова включила свет.
Макс сложил ладони чашей над габаритным огнем и наблюдал, как тот угасает.
Макс, что это такое?
Подобных яхт Макс не видел еще ни разу в жизни.
Он был рад оказаться подальше блендер Lumme LU-1833 яхты.
Джинни настаивала, чтобы оба сына перенесли свои постели в гостиную.
Джерри пришел в восторг от возможности поспать на новом месте — тем более что ему тоже было не по себе.
Уиллу было все равно, но он сделал вид, что не доволен.
Дети послушались, и они заночевали в гостиной всей компанией.
Джинни оставила свет включенным во всем доме.
Он старательно разыгрывал добродушное удивление перед страхами Джинни и ее требованием, чтобы все держались вместе, будто в амбаре завелся некий демонический дух, наведавшийся с равнины.
Но именно Макс предложил оставить включенными парочку ламп снаружи.
Уж лучше сочащийся в окно свет будет исходить от шестидесятиваттных лампочек "Дженерал электрик", чем от этого бог-весть-чего.
И все же Макс втайне гордился, что именно к нему Джинни обратилась за помощью.
Однако причиной его беспокойства послужило отнюдь не загадочное явление в амбаре, а ощущение дома, духа семьи.
Подобная атмосфера окружала его лишь в детстве.
Порой Ласкер подшучивал над разнообразием и многочисленностью интрижек Макса — дескать, с каждой не больше одного раза.
Макс подыгрывал ему, потому что именно такой реакции от него ждали, — но на самом деле отдал бы все на свете, лишь бы в его жизни появилась такая же Джинни.
Утром они разыскали Тома.
При свете дня вчерашние тревоги показались высосанными из пальца; Джинни не так-то просто было растолковать, с какой стати она обратилась за помощью, и Макс чувствовал себя очень неуютно.
Я за то, чтобы избавиться от этой чертовщины.
Голос Ласкера звучал через динамик.
Он не мог поверить, что свет включился сам по себе, и все спрашивал, уверена ли она.
Наконец он вроде бы счел объяснения достаточными, хотя Макс прекрасно понимал, что Том поверит рассказу жены лишь после того, как увидит все собственными глазами.
Что же до избавления от яхты, то: — По-моему, не стоит принимать поспешных решений.
Если хочешь, можно накрыть ее брезентом.
Тогда ты ни черта не увидишь.
Джинни бросила взгляд на Макса: — Том, вряд ли мне станет от этого намного легче.
Но я скажу тебе одно: в земле яхта пролежала не так уж долго.
Ласкер надолго умолк, потом наконец сказал: — Ладно уж.
Слушайте, я трогаюсь сегодня же, ближе к полудню.
Отлетаю свое и сразу же в путь.
Буду дома во второй половине дня.
Стоял холодный, серый, унылый день, грозивший то ли дождем, то ли снегом, то ли и тем и другим вместе.
нажмите для продолжения время завтрака приехали несколько человек, принявшихся стучать в переднюю дверь — 4, нельзя ли взглянуть на яхту?
Джинни покорно отперла амбар и вытащила прицеп под хмурое небо стареньким трактором "Джон Дир".
Развешанные на прицепе таблички призывали посетителей ничего не трогать.
Он думает, что, раз люди приехали поглядеть на эту штуковину аж из Виннипега или Фарго, они имеют право ее увидеть.
Подъехали новые машины с зеваками, пока Макс заканчивал завтрак.
В ее глазах до сих пор читался страх, даже при свете дня.
На это уйдет какое-то время.
Но я даже не уверена, что мы можем ею свободно распоряжаться.
Макс доел блинчики и потянулся за новой порцией.
Обычно он старался не переедать, но устоять перед стряпней Джинни не мог.
Макс все пытался составить сценарий, сводящий концы с концами, и никак не мог отделаться от мысли о мафии — кто ж еще способен измыслить нечто столь же дикое?
Быть может, яхта была важной уликой в каком-нибудь чикагском убийстве?
Кто-то постучал в кухонную дверь.
Открыв, Джинни увидела женщину средних лет, одетую в меха, в сопровождении невозмутимого седовласого шофера.
Женщина вошла, расстегнула шубу и тут увидела Макса.
При этом известии она лишь слегка приподняла бровь и повернулась обратно к Узнать больше />Мы собираемся сами воспользоваться ею ближайшим летом.
Маккарти кивнула и уселась на стул, дав Максу знак налить кофе.
На вашем месте я была бы настроена точно так же.
Джинни вручила чашку гостье.
Однако могу вас уверить, лучшей цены вам не предложит никто.
Может, вы позволите мне взглянуть на судно поближе?
Я хотела бы осмотреть каюты.
Джинни присела за стол напротив гостьи.
Но в данный момент я не готова принять ваше предложение.
Миссис Маккарти сбросила шубу, позволив ей упасть на спинку стула и всем своим видом заявляя: "Выложим карты на стол".
Извинившись, Макс пошел собирать вещи.
Пора возвращаться в Фарго.
Том скоро приедет, по владениям слоняется толпа зевак, так что в присутствии Макса вряд ли есть нужда.
Из окна гостиной ему было видно, что автомобили все продолжают прибывать.
Виднеющиеся за дорогой серые, пустынные поля протянулись до самого горизонта.
Откуда ж тут взялась яхта?
Ни регистрационного номера, ни табличек.
А паруса якобы пролежали в земле больше двух десятков лет, как утверждает Джинни.
Это просто не может быть правдой.
Бросив сумку у входной двери, Макс направился в амбар, чтобы еще раз взглянуть на паруса.
Аккуратно сложенные, они были спрятаны в пластиковые мешки.
Открыв один из них, Макс all Картридж cactus CS-C729M have ткань — ослепительно белоснежную и мягкую.
На ощупь она напоминала скорее рубашку, чем парус.
Вернувшись в дом, он мог даже не спрашивать, как прошли переговоры, Джинни была на седьмом небе.
Можешь ты в это поверить?
Только она восстанавливает суда.
Джинни протянула Максу визитную карточку.
Там значилось: "Пеквод, Инк.
Миссис Джордж Маккарти, директор.
Судоходство, как в былые дни".
Она обняла Макса и стиснула с такой силой, что он едва удержался на ногах.
По дороге подкатил небольшой автобус.
Дверцы его открылись, но пассажиры — похоже, группа пенсионеров — не спешили выбраться под дождь.
Послушай, Джинни, корабли — не моя специальность, но хвататься за первую попавшуюся сделку неблагоразумно.
Черт его разберет, что тут и как.
А если всплывет что-нибудь существенное, то еще и выиграешь.
Джинни надела куртку и вместе с Максом вышла на крыльцо, где прятались от дождя пять или шесть туристов.
С неба сеяла мелкая изморось, было ужасно холодно.
И еще одно: я хотел бы прихватить кусочек паруса.
Джинни неуверенно взглянула на него: — Ладно, https://ugra.site/kartridzh/kartridzh-cactus-cs-c9362-132.html зачем?
Спрыгнув с крыльца, она забралась на трактор и завела двигатель.
Большинство посетителей, поглядев на небо, решили убраться, пока можно, и бросились к автомобилям.
Джинни уже завезла судно в амбар до половины, когда обернулась, чтобы проследить, как оно впишется между стойлами, и вдруг затормозила, уставившись на яхту.
Но Джинни продолжала дожидаться его.
С обреченным вздохом сунув руки в карманы, Макс двинулся по чавкающему газону к амбару.
Дождь усилился, промочив его до нитки.
Не обращая внимания на ливень, Джинни указала ему на корпус яхты: — Смотри!
Над яхтой парил легкий туман, как над раскаленным шоссе во время летнего ливня.
Краска трактора поблескивала, и по крыльям сбегали крупные маслянистые капли.
Зато от корпуса яхты капли разлетались мелкой россыпью, играя радужными красками, будто невидимая сила отталкивала воду.
Часом позже P-38J прокатился по взлетной полосе Международного аэропорта в Форт-Мокси и взмыл в отсыревшее хмурое небо.
Макс взглядом проводил удаляющуюся бетонку.
Ветровой конус на крыше одинокого ангара показывал примерно двадцать узлов и направление на юго-восток.
К северу от аэропорта шли вперемежку сборно-щитовые домики, по этой ссылке, немощеные улицы, рощицы и просторные поляны.
Над крышами горделиво продолжить водонапорная башня, украшенная названием городка и девизом "Славное место для житья".
Ред-Ривер даже с виду казалась ледяной.
Неподвижность обширного пейзажа нарушал лишь фермерский грузовичок да стая запоздавших гусей, летящих на юг.
Пролетев над владениями Тома, Макс увидел, что дорога почти опустела, амбар заперт, и свернул на юг.
Дождь барабанил по стеклу фонаря, серое небо казалось вязким, как кисель.
Макс оглядел левый лонжерон, прозаичный и основательный.
Силовой привод истребителя составляют два эллисоновских двигателя с жидкостным охлаждением мощностью по 1425 лошадиных сил каждый.
Выпущена "Белая молния" была шестьдесят лет назад на заводе корпорации "Локхид" в Сиэтле.
Это тоже чудо, как и яхта.
Но самолет — настоящий, это чудо, удерживаемое в воздухе законами физики.
P-38J и похороненная яхта с работающими габаритными огнями не могут ужиться в одном и том же мире.
Макс поднял машину до семнадцати тысяч футов, ее номинальной высоты, и положил на курс до Фарго.
Обрезок паруса Макс оставил в Колсоновском институте, попросив выяснить состав материала и по возможности место производства.
Ему обещали дать ответ в течение недели.
Стелла Везерспун, заместитель Макса по административной части толстая, ясноглазая матрона с тремя детьми-старшеклассниками и разведенная с мужем, постоянно задерживающим алименты, — занималась в "Закатной авиации" вопросами, требующими организаторской хватки.
Она писала контракты, составляла графики работ, нанимала субподрядчиков.
Кроме того, будучи прирожденным консерватором, она прекрасно чувствовала разницу между рассчитанным риском и ставкой ва-банк, таким образом, постоянно сдерживала порывы Макса.
Будь продолжение здесь вчера на месте, Керр получил бы свою "Молнию" без лишних вопросов.
Входящего в контору Макса она встретила неодобрительным взглядом: — Привет, Макс.
Стелла возвела очи горе: — Наше дело — восстанавливать и продавать самолеты, а не приискивать им заботливых хозяев.
Макс, мир переполнен ничтожествами.
Если ты откажешься торговать с ними, то вычеркнешь изрядную часть населения.
Том Ласкер раскопал на своей ферме яхту.
Так это у Ласкера?
До меня как-то не дошло.
Стелла, мне нужна твоя помощь.
Джинни дала несколько фотографий.
Слушай, чего я от тебя хочу: надо выяснить, кто эту штуковину построил.
На ней никаких номеров.
Разошли снимки по факсу.
Кто-нибудь да сможет прояснить ситуацию.
То, что твой начальник хочет выяснить, что за чертовщина тут творится.
И когда тебе все это надо?
Дай мне знать, как только что-нибудь выяснишь.
Зайдя в свой кабинет, Макс попытался дозвониться до Морли Кларка из Мурхедского государственного.
Морли, я пошлю тебе по факсу парочку снимков.
Это яхта, а на корпусе что-то написано.
Если сможешь распознать язык, а лучше — получить перевод, я буду благодарен.
Эверетт Крендалл вышел Ласкеру навстречу, чтобы ввести его в свой кабинет.
Ты везунчик, как я погляжу.
Картридж OKI 45807102 обладал удивительной способностью вечно пребывать в помятом виде, причем это касалось не только одежды, но и лица.
Ты должен хотя бы догадываться.
Кабинет Эва был битком набит старыми кодексами, дипломами в рамках и фотографиями, большинство из которых были сделаны во время его пребывания в должности окружного прокурора.
Видное место на столе занимал портрет Эва в компании сенатора Байрона Гласса во время прошлогоднего празднования Четвертого июля.
Эв утвердительно кивнул, хотя его темные глаза сказали "нет".
Сняв очки, он расправил скомканный платок и принялся их протирать.
Значит, она моя, верно?
Эв сжал ладони коленями и уставился на них.
Но яхта-то была захоронена!
То есть — никто не предъявлял прав на яхту?
Слушай, она вполне может быть ворованной.
Похитители спрятали ее у тебя ссылка на подробности земле, уж Бог знает почему.
В таком случае она принадлежит прежнему владельцу.
Он гордился тем, что не вырабатывал суждений, не собрав всех фактов до единого.
Из чего, естественно, вытекает, что он никогда не становился ничьим безоглядным сторонником.
Под вопросом остаются, насколько я понимаю, намерения.
Бросили ли ее насовсем?
Если да, читать далее ты можешь с полным правом считаться ее владельцем.
Я полагаю, если понадобится, это право поддержит любой суд.
Если кто-либо надумает его оспорить.
Родственники могут заявить, что владелец — или владелица — был недееспособен, когда бросил яхту.
Сам факт захоронения продолжить чтение послужить веским аргументом в пользу этого заявления.
А тем временем было бы небесполезно узнать, как яхта оказалась у тебя.
Фрэнсис Бэкон, "Усовершенствование образования", гл.
Обнаружились две более или менее сходные модели яхт, но точно такой же — ни единой.
Макс попросил Стеллу продолжить расследование.
Символы с яхты поставили Морли Кларка в полнейший тупик.
Более того, Макс даже не сумел убедить его, что это не розыгрыш.
Букв оказалось одиннадцать — скорее всего название судна.
А рукописный шрифт мешал определить, где кончается одна буква и начинается другая.
Макс распознал "О", и только.
Они сидели в кабинете Кларка, за окном которого виднелся городок Мурхедского государственного университета.
Светило ласковое солнце, и безветренный воздух прогрелся до сорока градусов.
Может, базы данных не так полны, как предполагается.
Но для практических нужд, по-моему, мы чертовски хорошо осведомлены.
Вот только твоя абракадабра не подходит ни под какой шаблон.
В общем, двум символам нашлись эквиваленты.
Один в хинди, другой в кириллице.
Из чего следует, что это чистой воды совпадение.
Если составить наугад несколько черточек и крючочков, непременно выйдет что-нибудь похожее на букву.
Макс поблагодарил Кларка и поехал обратно на аэродром Челлис, гадая, кто тут шутник, а кто — объект насмешек.
Проблема попеременно то озадачивала, то раздражала его.
Это непременно какая-нибудь бандитская штучка, иначе и быть не может.
Ведь прошло всего два дня!
Насчет образцов, оставленных вами позавчера.
нажмите чтобы прочитать больше стройная женщина лет за тридцать, с доброй улыбкой и широкими скулами, в темно-синем деловом костюме и с кожаным портфелем в руках, едва сдерживала волнение.
Визитная карточка именовала ее заведующей лабораторией Колсоновского института.
Она лишь заговорщицки улыбнулась, потом села, положив портфель на колени, и пристально поглядела на Макса.
Но мы с вами знаем, что столкнулись с чем-то весьма необычным.
Макс кивнул, словно так и предполагал.
Макс на мгновение задумался, не удержать ли источник в секрете.
Об этом 4 по телевидению.
Та, что нашли на ферме?
Ну, черт меня подери!
Там уже перебывала куча народу.
У Макса сложилось впечатление, что она его не видит.
Я делала анализы собственноручно.
Больше никто не ссылка на подробности />Она указала на папку.
Открыв ее, Макс увидел одностраничный формуляр.
Волокна весьма тонки и переплетены между собой.
Мы синтезировали один такой, он даже пока не получил 4 />Так у того атомный номер сто двенадцать.
А ведь он возглавляет список.
Лицо ее приняло настороженное выражение.
Даже будь она известна, этот химический элемент оказался бы крайне нестабильным.
В смысле — радиоактивным?!
Может быть, за определенным пределом трансурановые утрачивают радиоактивность.
Макс встал и подошел к окну.
Заходящая на посадку "сессна" только-только коснулась полосы.
Эйприл долго не отвечала.
Я говорю о световых годах.
Этого просто не может быть!
Это имеет какую-нибудь коммерческую ценность?
Электронные оболочки предельно стабильны.
Я уже проделала ряд испытаний.
Ткань не взаимодействует с другими веществами.
И тут у Макса впервые нашлось возражение: — Что-то вы путаете!
Этот образчик я отрезал обыкновенными ножницами.
Разумеется, материал можно разрезать.
Но коррозия ему не страшна.
Он не рассыплется сам по себе.
Как, по-вашему, если я поеду туда прямо https://ugra.site/kartridzh/profil-tsokolniy-alyuminieviy-50-mm-25-m.html, мне позволят взглянуть на судно нынче вечером?
Я позвоню и замолвлю за вас словечко, если хотите.
И каков же возраст образца?
Трудно сказать, как определить возраст подобного вещества.
По-моему, это просто невозможно.
Все на свете изнашивается.
Но он весьма и весьма износоустойчив.
К тому же его легко очистить, потому что другие вещества к нему не пристают.
Макс подумал о водяной дымке вокруг яхты и ее радужном сиянии: — А не отправиться ли мне вместе с вами?
Пожалуй, я подброшу вас на самолете.
На проселок, ведущий к дому Ласкеров, въехал голубой правительственный автомобиль, прокатился по кольцевой гравийной дорожке перед фасадом, миновал две припаркованные там машины и остановился.
Оттуда выбрался пожилой толстячок.
Взяв с сиденья потрепанный черный портфель, он окинул взглядом происходящее и направился к двери.
Ласкер отступил, пропуская его, Армбрустер поблагодарил и переступил порог.
Об этом Ласкер прежде как-то не подумал.
Взгляды их на мгновение встретились, и Ласкер понял, что инспектор не относится к ссылка на страницу людей, получающих удовольствие от своей работы.
Вы ведь подали прошение об утверждении вас в правах собственности на судно?
Ласкер предложил ему присесть за кофейный столик.
Первым шагом будет оценка судна.
Ласкер взглянул на бланки, пододвинутые к нему инспектором.
Однако если упомянутое судно перейдет в вашу нажмите для продолжения, вам потребуется внести установленную плату.
Джинни включила в прачечной стиральную машину, и пол слегка задрожал.
В его манерах сквозила какая-то печаль.
Мне бы не хотелось никого затруднять.
Инспектор последовал за Ласкером на кухню, где к ним присоединилась Джинни.
Поставив кофейник на огонь, она разрезала творожный пирог с вишней.
Просторный дом опоясывала широкая веранда, а дубовые полы покрывали толстые ковры, купленные Джинни в Сент-Поле.
Чрезвычайно высокий потолок в гостиной являл собой редкость для мест с таким суровым климатом.
Они просидели почти целый час, болтая о яхте.
Армбрустер считал, что отнюдь не случайно ее нашли в миле к югу от границы.
Правда, не сумев объяснить, кто и с чем мог пытаться улизнуть.
Мало-помалу разговор перекинулся на работу Армбрустера.
Моя жена никому не говорит, чем я занимаюсь.
Но видит Бог, это мы, а не гуси, спасли Рим.
Равно как и все прочие достойные места.
Тут он на мгновение смутился.
Затем поблагодарил хозяев, подхватил свой портфель и пальто, попрощался и вышел.
Несколько минут спустя Уилл подъехал к крыльцу с Максом и Эйприл Кэннон.
Макс познакомил ее со всеми, но Эйприл не могла отвести глаз от яхты.
И зовите меня Эйприл.
Макс, обожающий тайны не меньше любого другого, предложил Джинни устроить для Эйприл тур, пока он сам введет Тома в курс.
Мужчины ушли в дом и подбросили в огонь еще полено.
Женщины отсутствовали чуть ли не целый час, а когда вернулись, у них зуб на Картридж Print для Kyocera не попадал.
Ласкер налил всем по порции бренди.
Прислушиваясь к треску огня.
Макс наблюдал, как Эйприл пытается привести мысли в порядок.
Впрочем, я знала это еще до приезда сюда.
А может, здесь, в Южной Дакоте была когда-то сверхвысокоразвитая цивилизация, исчезнувшая с лица Земли до появления индейцев.
Макс бросил взгляд на Джинни, чтобы выяснить, как та приняла это известие.
Вид у нее был скептический, ничуть не изумленный — они с Эйприл наверняка уже обсудили этот вопрос.
Может, если бы она не выглядела такой уж обыкновенной.
Неужели вы считаете, что подобную парусную яхту могли построить на Марсе?
Полено треснуло, взвился веер искр.
Практичные конструкции парусных судов можно по пальцам перечесть.
Могу вам гарантировать, что ее строителей мы видом не видывали, слыхом не слыхивали.
Ветер Бинокулярный стереомикроскоп Crystallite ST-30 (80X) в ветвях деревьев.
Заработала пара автомобильных двигателей.
Впрочем, может, это и несущественно.
Но сегодня я чувствую себя ответственной.
Кстати, карабины до сих пор работают.
В яхтах я не разбираюсь, но тут вывод довольно очевиден.
Причаливая, вы накидываете петлю на утку, а второй конец, с карабином, крепите к пирсу.
Не исключено, что это поможет нам узнать, где она была.
А может, она туда легла.
Герман Мелвилл, "Моби Дик" Эйприл едва не передумала лететь с Максом, когда он показал ей истребитель, на котором собирался подняться в воздух.
Вообще-то в этом одноместном боевом самолете можно установить второе сиденье позади пилота.
Многие самолеты, купленные после войны коллекционерами, были переделаны подобным образом, и "Белая молния" принадлежала к их числу.
Теперь же, на обратной дороге, Эйприл была настолько взволнована, что забралась в кабину, даже не пикнув.
Макс вывел самолет на рулежку, беседуя с Джейком Торалдсоном здесь директором аэропорта Форт-Мокси и главным диспетчером в одном лице.
Работал он всегда прямо из своего кабинета.
Мы сможем пролететь над фермой Ласкеров?
увидеть больше пространство в том районе оказалось свободным.
Поднявшись до трех тысяч футов, Макс выровнял самолет и направился на запад.
Небо начало затягивать тучами, дул крепкий встречный ветер, а прогноз погоды обещал под вечер дождь, возможно, даже со снегом.
Наверное, дождь вдоль границы и снег на юге, если все пойдет, как обычно.
Внизу лежали унылые, выстуженные поля.
Хозяева отдали их во власть зимы, а сами подались на дачи в более уютных широтах или прочие места, дающие им приют в межсезонье.
Определить, где именно начинаются владения Ласкера, было невозможно.
Обычно землевладельцы ставят дома приблизительно в центре своих обширных участков.
Но когда отец Ласкера строил новый дом, он предпочел поставить его поближе к шоссе и под сенью гребня, чтобы загородить дом от ледяного ветра, насквозь продувающего бескрайние просторы прерии.
За гребнем еще на несколько миль тянулась равнина, но дальше земля резко вздымалась, образуя плоскогорье Пембина.
Плоскогорье состоит из цепи холмов, утесов и пиков.
В отличие от окружающей равнины они почти не возделаны.
Макс сделал вираж и направил самолет вдоль цепи холмов на юг.
Эйприл вертела головой, попеременно разглядывая то складчатый ландшафт плоскогорья, то Заглушка чугунная в сборе с крышкой как блин равнину, раскинувшуюся до самого горизонта.
Макс попытался вообразить, как этот пейзаж выглядел в те дни.
Наверное, здесь было царство непуганой дичи.
Вот почему Тому удается выращивать здесь лучшую на свете пшеницу.
В воздухе висела мелкая изморось.
А также озера Виннипег и Манитоба.
И множество миннесотских озер.
Остатки раковин, планктон и всякое такое.
Во время следующего оледенения.
И тут до Макса дошло, куда она клонит.
В институт она приехала уже под вечер.
У дверей ей встретилась целая гурьба работников института, направляющихся к выходу.
Лишь через пару секунд Эйприл сообразила: ах да, на вечеринку в честь ухода Харви Кека на пенсию.
Несмотря на симпатию к Харви, ехать ей не хотелось — сейчас мысли Эйприл занимали лишь привезенные образцы.
Конечно, можно сослаться на срочный заказ, отставание от графика.
На головную боль в конце концов.
Но Харви она обязана очень многим.
Убрав образцы в сейф, она утешила себя мыслью, что займется ими утром, на свежую голову, и спустилась к своей машине.
Сорок минут спустя она въехала на стоянку "Бокала".
Совместные праздники в институте поощрялись.
Праздники устраивались в ознаменование крупных контрактов, в честь работников, заслуживших серьезные награды, и даже по случаю рационализаторских идей сотрудников.
И "Бокал" — семейный ресторан с умеренными ценами и хорошим баром — стал более или менее традиционным заведением для подобных мероприятий.
Между собой они даже звали его "Колсоновский рай" и ради каждого события развешивали по залу Дельта фирменные эмблемы и флаги.
Ради сегодняшнего события позади трибуны повесили лозунг с изложением Кековской философии руководства: заботиться не только о клиентах, но и о коллегах.
Кроме того, переднюю часть комнаты украшало его каучуковое деревце в кадке и вешалка с потрепанным стетсоном, который он проносил почти три десятка лет.
Когда Эйприл приехала, большинство сотрудников собрались в ресторане, и многие были уже изрядно навеселе.
Взяв ром с кокой, она подсела к друзьям.
Но обычная болтовня о недоразумениях с детьми, перемывание косточек начальству, жалобы на проблемы с отчетами, приходящими от субподрядчиков, казались ей сегодня невероятно скучными.
Столкнувшись с настоящей загадкой, Эйприл не могла дождаться момента, когда можно будет подойти к ней вплотную.
Похоже, проводить его пришел весь персонал.
Он уходил с поста заместителя директора, и у Эйприл открывались вполне приличные виды на эту должность, хотя и не сразу.
Новым заместителем будет временно назначен Берт Кода, которому тоже пора на пенсию.
При нынешнем положении дел Эйприл двинется вверх, как только Кода отойдет от дел.
Если она займет этот пост, то получит прибавку в двадцать пять тысяч и будет еще достаточно молода, чтобы стремиться взойти на самый верх служебной лестницы — не так уж скверно для девочки, начавшей карьеру посудомойкой.
Но сегодня вечером ей было на все наплевать.
По сравнению с тем, что лежит в ее сейфе, пост директора — сущий пустяк.
Она едва сдерживалась, чтобы не вскочить на трибуну и не провозгласить о своем открытии.
У меня есть доказательства!
Но западные штаты, как правило, куда просторнее восточных, и скоро ее вывела из себя бесконечная смена шоссе.
Развернувшись, она поехала обратно и наткнулась на резервацию сиу на южном берегу Дьявольского озера.
На северном берегу располагается процветающий степной поселок, названный в честь озера.
В результате она заинтересовалась этим племенем, завела там друзей, а со временем выработала подход к жизни, который привыкла приписывать на счет философии сиу: "Буду жить под открытым небом, где нет стен, где Дух бродит по земле".
Одной из ее подруг стала Андреа Ястребица, специалистка по шоу-бизнесу в резервации Дьявольского озера, выразившая для нее ощущение народа, оставшегося в стороне от хода истории.
Эйприл была огорчена бедностью резервации и разочарованием Андреа.
Она отметила, что индейские мужчины зачастую умирают молодыми от наркотиков, болезней 4 кровавых стычек, что наиболее респектабельно в большинстве резерваций выглядят кладбища.
В собственной жизни Эйприл со всех сторон натыкалась на стены.
Замужество ее кончилось неудачно: она не хотела отказываться ни от семьи, ни от карьеры, но никак не могла добиться равновесия между потребностями мужа и необходимостью подолгу задерживаться на работе.
Теперь ей уже за тридцать, и эта суета не доставляет ей ни малейшего удовлетворения.
Были, конечно, и достижения, но если она вдруг умрет сегодня вечером, то не оставит после себя ничего.
Выходит, что и жила зря.
По крайней мере так Эйприл казалось, пока она не провела исследования куска ткани, принесенного Максом Коллингвудом.
Самое смешное, что она почти не замечала собственной неудовлетворенности жизнью, пока не увидела результаты исследований и не поняла, с чем столкнулась.
Сотрудники говорили о Харви с большим теплом, описывая, как наслаждались они работой под его началом, как он вдохновлял их, каким он был хорошим начальником.
Двое прежних колсоновских работников, пошедшие гораздо дальше, относили свой успех на счет того, что Харви воодушевлял их.
Директор добавил свою долю похвал: — Сорок лет — срок немалый.
Харви всегда говорил, что думал.
Порой мне не хотелось этого слышать.
Хольте их нажмите для деталей лелейте.
Пусть они будут вашей совестью.
Тут начались овации, Харви встал, и Эйприл увидела на глазах окружающих искренние слезы.
Харви сиял от нахлынувших чувств.
Когда публика утихла, он демонстративно отодвинул трибуну в 4 />Его нежелание пользоваться трибунами вошло в легенду.
читать статью по своему обычаю коллег за доброту, он обратился к ним: — В каком-то смысле сегодня — чудеснейший день в моей жизни.
Хотелось бы думать, что Колсоновский институт стал более солидным учреждением, нежели до моего прихода, а также что его работники и клиенты более преуспевают.
Если это действительно так, если в этом есть хотя бы частичка и моих заслуг, то эти годы прожиты мной не зря.
Эйприл еще ни разу не видела его таким счастливым за все двенадцать лет своей работы в институте.
И от этого ей стало очень грустно.
Заместитель директора посвятил свою жизнь процветанию компании и ее работников.
Он не успокаивался, пока не добивался совершенства во всем.
И теперь, обращаясь к коллегам, он еще раз повторил: — Никогда не путайте результат с идеалом.
Не совершают ошибок лишь те, кто не делает ровным счетом ничего.
И вот теперь он превозносил рядовых сотрудников, благодарил их, уходя во тьму.
Назавтра он вернется в свой кабинет, проработает до конца недели, и на этом все кончится.
Боже, неужели ради этого и стоило жить?
Чтобы пара-тройка дюжин гостей за праздничным столом растроганно прослезилась, like Переходное кольцо Fujimi FJAR-EOSFX (Canon EF - Fuji X) consider после разошлась по домам, оставив Харви Кека наедине со всеми его грядущими проблемами?
Эйприл украдкой утерла глаза.
Нет, с ней ничего подобного не случится.
Уж она-то позаботится, чтобы ее жизнь была посвящена высокому предназначению, а не потугам быть любезным начальником.
И загадочная яхта Тома Ласкера станет ее золотым ключиком.
Уолтер Асквит, "Древние берега" Ласкер все утро копался в 4 трактора, заменяя изношенный цилиндр и приводной ремень.
Он только-только вернулся в дом и как раз собирался пойти в душ, когда раздался звонок в дверь.
Пришли Чарли Линдквист и Флойд Рикетт.
Чарли — дружелюбный здоровяк весом в три сотни фунтов ссылка на продолжение ростом в шесть футов три дюйма — считал, что можно покорить весь мир, посмотреть больше только правильно отгадывать, что люди хотят услышать, и говорить им это.
В принципе эта философия служила ему не так уж плохо: за свою жизнь он сумел организовать в Форт-Мокси полдюжины предприятий, стал владельцем "Городского видео", "Мороженых деликатесов" разумеется, сейчас закрытых на зиму и четырех домов рядом с библиотекой, заодно занимая посты директора Рекламной ассоциации Форт-Мокси и председателя городского совета.
Флойд — высокий, седой, остроносый и остроглазый — принадлежал к числу таких же уважаемых лиц.
Будучи почтовым служащим, он обладал несгибаемыми принципами и сильным чувством важности собственного времени.
Вообще говоря, он всю жизнь действовал, как ледокол: вклинивался в разговоры, громил политических противников на совете и разрубал гордиевы узлы всяческого рода.
Так что ничуть не удивительно, что Чарли и Флойд не могли поладить между собой.
Они обменялись с Ласкером рукопожатиями, причем Чарли — сердечно, а Флойд — с некоторой осторожностью.
Сам он всегда считал себя весьма деликатным человеком.
Народу поменьше, чем посетить страницу />Мне надоело каждый день возить ее из амбара и в амбар.
Запру ее, и дело с концом.
И ходят по магазинам.
А некоторые даже остаются на ночлег.
И прямо у нас, в Форт-Мокси.
И потом, большинство посетителей считают, что я зарыл ее сам.
Думают, будто все это липа.
Флойда эта мысль потрясла.
Ласкер одарил его таким взглядом, что Флойд съежился.
На этом можно сделать большие деньги, и до нас дошло, что ты просто не получаешь своей доли от прибыли, Том.
Вот мы и предлагаем поставить это на более деловую основу.
То есть, ты только не обижайся, но сейчас это больше смахивает KHC Korting 65070 вытяжка GN Каминная распродажу подержанных автомобилей.
Ничего удивительного, что люди не воспринимают ее всерьез.
Тем более, как нам кажется, она будет лучше смотреться там, где ты ее откопал.
В тот же день, когда мы извлекли эту чертовщину из земли.
Яма была тридцать футов глубиной.
Если бы туда кто-нибудь свалился, мог бы порядком расшибиться.
Мы знаем, где раздобыть цирковой шатер.
Старый, но в отличном состоянии.
Да ты не волнуйся, это только на время.
Надо поразмыслить о музее.
У Ласкера голова пошла кругом.
Начнем брать плату за вход.
Естественно, ты будешь получать свой процент.
Посмотрим, как оно пойдет.
Держу пари, что в первую же неделю наплыв любопытных удвоится.
Мы думали дать тебе тридцать процентов, остальное пойдет в бюджет города.
Для тебя это обернется чистой прибылью.
Не будет стоить тебе ни цента.
Вот, у нас тут есть несколько рисунков на футболки.
Он глазами сделал знак Флойду, и тот протянул папку.
Чарли открыл ее и извлек оттуда несколько эскизов.
На всех была изображена яхта в нескольких ракурсах, но надписи различались.
На третьей была карта верховьев Ред-Ривер с отмеченным местом находки "дьявольской шхуны".
То есть Мардж Питерсон, секретаря городского совета.
Надо сделать упор на этом, Чарли.
Машина уже раскручена, так что парочка ребят заглянет к тебе завтра, чтобы дать ей ход.
Ты главное не дергайся.
Тебе ссылка на страницу лишь поплевывать в потолок да загребать денежки.
Они уже направлялись к двери, когда Чарли внезапно остановился, и Флойд едва не налетел на него.
За деревьями, подальше от глаз.
Они пожали Ласкеру руку, открыли дверь и огляделись.
На улице уже было человек двадцать да приближались еще два автомобиля.
Эйприл подняла пакет так, чтобы он был виден на просвет.
Она передала пакет Максу.
Тот прищурился, разглядывая образец: — И о чем же это нам говорит?
Поблизости ни одной елки.
Одно время они были здесь весьма распространены.
Они сидели в ресторане, и Макс вполуха слушал ропот голосов и позвякивание вилок.
У Макса вдруг засосало под ложечкой.
Тут подошла официантка, и вместо запланированного клубного сандвича он заказал салат Цезаря.
Будем пока что строго придерживаться фактов.
Во-первых, судно не гниет, не ржавеет и не разлагается на протяжении исключительно долгих отрезков времени.
Во-вторых, тросы, лежащие в амбаре Ласкера, некогда были привязаны к еловому бревну.
Волокна дерева, пошедшего на изготовление бревна, были живыми десять тысяч лет назад.
Его можно зарыть обратно в землю и откопать лет через пятьдесят, и оно будет выглядеть точь-в-точь так же, как сегодня.
Видите ли, это выходит за рамки наших представлений, но отнюдь не противоречит законам природы.
Возраст древесных волокон не подлежит сомнению.
Равно как и состав первоначальных образцов.
Я полагаю, здесь кто-то побывал.
В давние-предавние времена некие представители высокоразвитой цивилизации катались под парусами по озеру Агассис.
И по крайней мере один раз привязывали судно к дереву или бревну.
Мы что, говорим об НЛО?
Макс отхлебнул из бокала, пытаясь привести мысли в порядок: — Ерунда какая-то получается.
Допустим на минуточку, что вы правы.
И что это нам дает?
Умозаключение, что некто прилетел сюда с другой планеты для того, чтобы покататься на яхте?
Неужели вы это серьезно?
Попытайтесь взглянуть на картину пошире, причем пошире в самом всеобъемлющем смысле.
Сколько может быть больших озер в радиусе, скажем, двадцати световых лет?
Агассис могло казаться орде туристов вполне привлекательным.
А мы знаем, что располагаем совершенно уникальным искусственным химическим элементом.
Эйприл, мне очень не хотелось бы говорить, но всего пару дней назад я даже не знал, что вы есть на белом свете.
Не обижайтесь, но вы можете заблуждаться.
Но тем временем, Макс, подумайте вот о чем: если я все-таки знаю, о чем толкую, то эта яхта бесценна в самом буквальном смысле.
Эйприл поймала себя на том, что говорит чересчур громко, склонилась к Максу и вполголоса продолжала: — Послушайте меня.
Вам хотелось бы получить подтверждение.
Я знаю, что оно нам не требуется.
Попробуйте получить подтверждение — и вместе с ним получите второго химика.
Я же хотела бы сузить круг допущенных насколько возможно.
Мы держим в руках фундаментальное открытие и с ним попадем на обложку "Тайма" — вы, я, Ласкеры.
Лайза Ярборо начала свою профессиональную карьеру в роли учителя физики в частной школе в Александрии, штат Вирджиния.
Но она была и осталась необыкновенно привлекательной женщиной, от всей души обожавшей секс.
При свете дня она рассказывала с кафедры об энергии и сопротивлении, а после сумерек демонстрировала массу первой и полное отсутствие второго.
С самого начала Лайза обнаружила, что ее хобби может быть весьма прибыльным.
Не то чтобы она опустилась до установки тарифов, но мужчины по собственному почину проявляли изрядную щедрость.
Кроме того, смышленая, обеспеченная молодая женщина, не сдерживаемая ни ханжескими принципами, ни ложными представлениями о долге, способна извлечь из подобных увлечений кое-какую пользу.
Она покинула александрийскую школу посреди второго учебного года под громкий гомон молвы, чтобы занять выгодную должность в фирме, работающей на Пентагон; в новой компании считали, что она может оказать влияние на военпредов.
Лайза оправдывала возложенное на нее доверие, не брезгуя средствами, и быстро продвигалась по служебной лестнице.
Быть может, ее путь на вершину и в самом деле лежал через постель, но она все-таки воздерживалась от романов с мужчинами, непосредственно связанными с ней по взято отсюда, и таким образом поддерживала самоуважение.
Мало-помалу она приобрела интерес к политике и стала работать административным помощником одного сенатора со Среднего Запада, два раза безуспешно баллотировавшегося от своей партии в кандидаты на пост президента.
Она занялась лоббированием и неплохо содействовала табачной промышленности и Национальной образовательной ассоциации.
Для адвокатской фирмы "Барлоу и Биггс" она исполняла роль канала связи не с одним десятком конгрессменов.
Получив политическую должность, она какое-то время послужила заместителем начальника заместителя департамента сельского хозяйства.
И со временем стала руководителем мозгового центра консерваторов.
И как раз в этой-то роли Лайза обнаружила в себе дар писателя.
С двенадцати лет она вела подробнейшие дневники; привычка эта восходила к тому моменту, когда она впервые уединилась на заднем сиденье отцовского "бьюика" с Джимми Проктором.
С Джимми у нее была, так сказать, первая настоящая связь, и этот опыт пришелся Лайзе настолько по душе, что она чуть не лопалась от желания рассказать о нем.
Но подруги в средней школе Честер Артур для этого не годились.
А родители были баптистами.
По идее Лайзе и самой следовало быть баптисткой, судя по ее бурной духовной активности: она посещала юношеские вечера по вторникам и четвергам, а также проповеди по средам и воскресеньям.
Но к окончанию школы она успела переспать с половиной хора.
Пока мозговой трест помогал обставить Дукакиса в гонке с призом в виде Белого дома, Лайза решила, что может написать автобиографию по своим дневникам.
Обещание посмаковать аппетитные подробности адрес с целым рядом известных лиц из правительства и средств массовой информации привело к семизначному авансу.
Из мозгового треста ее тут https://ugra.site/kartridzh/krepleniefiksatsiya-sveta-imlight-trosik-strahovochniy-400mm.html вышвырнули, поскольку ограничиваться известными демократами она была не намерена.
К ней началось паломничество прежних возлюбленных и одноразовых кавалеров, моливших о выборочной амнезии.
Когда же уговоры и подкуп не срабатывали, они ударялись в слезы или прибегали к угрозам, но Лайза стояла на своем.
Книга под названием "Капитолий любви" стала бестселлером, а затем и телефильмом, и Лайза купила сеть магазинов автозапчастей.
А остальное, как говорится, ушло в историю.
С Эйприл Кэннон Лайза впервые повстречалась во время работы в департаменте сельского хозяйства, на обеде, устроенном группой "зеленых".
Ее кавалер был одним из спикеров — высокий живчик, пышущий энтузиазмом и отягощенный убеждением, что искоренение лесов уже 4 за грань, откуда нет возврата.
А еще он был убежден, что женщины вообще и Лайза в частности не способны противостоять его чарам.
И тут вдруг Лайза, собиравшаяся завершить вечер в своем обычном стиле, разговорилась с новой знакомой и решила для разнообразия оставить кавалера с носом.
На Эйприл ее кавалер тоже не произвел впечатления, и они вдвоем улизнули в ночной Вашингтон.
И с той поры стали близкими подругами.
Так что Лайза ничуть не удивилась, когда Эйприл позвонила и попросила о встрече.
Когда же подруга отказалась назвать причину встречи, это только подстегнуло интерес Лайзы, и она дала согласие.
На следующий день после звонка Эйприл приехала, таща за собой какого-то невзрачного типа.
Женщины знали друг друга слишком по этому адресу, чтобы предаваться праздной болтовне.
Эйприл спокойно рассказала о случившемся на ферме Тома Ласкера.
Когда она закончила, Лайза с ответом не торопилась.
Это, часом, не жульничество?
Крупно перила и балясины.
Лайза продолжала разглядывать фотографии, но мысленно переключилась на Эйприл.
Информация настолько сенсационна, что Лайза еще раз решила взглянуть на все это со стороны.
Она не могла не задаться вопросом, не пытаются ли ее надуть.
Эйприл на подобное не пойдет, в этом нет сомнений.
А вот как насчет этого Коллингвуда?.
Кивнув, Лайза подошла к письменному столу и вытащила чековую книжку.
Выяснить, не погребено ли там что-нибудь еще.
Мы можем привожу ссылку его по умеренной цене.
Я понимаю, что две лучше, чем одна, но каким образом вторая яхта углубит наши познания?
Это десять тысяч лет спустя?
Да еще после того, как часть из этих десяти тысяч прошла в воде?
Поищите лучше, где они устраивали пикник.
Женщина-химик подалась вперед, и глаза их встретились.
Возможно, они так и не вернулись домой.
Лайза отметила, как напряженно дышат присутствующие.
Когда прибыл геологический радар Геотехнического института, чтобы начать исследования, Макс уже ждал его.
Ему и Ласкерам казалось, что если в земле еще что-то есть, то оно обнаружится Микросхема для INFINEON TLE6262G ли не сразу.
Если же ничего не найдут, то на этом все и кончится.
Максу не хотелось иметь ничего общего с НЛО — это не пошло бы на пользу ни ему, ни "Закатной авиации", так что он решил не слишком высовываться.
Но с другой стороны, если в этом действительно что-то есть, не обойдется без пристального внимания прессы, да и большие деньги не исключены.
Команда Геотеха состояла из трех человек, работающих в большом фургоне песочного цвета.
Руководила ими энергичная и довольно педантичная молодая женщина по имени Пегги Мур; фирменный комбинезон был ей очень к лицу.
Она с места в карьер осведомилась у Макса, что именно надо искать.
Этот ответ тоже не относился к числу конкретных.
Мур на миг нахмурилась и пристально взглянула на собеседника с плохо скрытой враждебностью; график у нее чересчур плотный, чтобы еще нянчиться с бестолковыми клиентами.
Мы бы хотели, чтобы вы сказали нам, что обнаружится в земле — если вообще что-то обнаружится.
Какие объекты — наконечники стрел?
От этого зависит, каким образом мы будем действовать.
Так это тут, да?
Мы бы хотели знать, нет ли там чего-нибудь еще.
Когда мы в курсе, это экономит нам массу времени.
Внутри фургон был забит компьютерами, принтерами, дисплеями и радиоаппаратурой.
Сам радар был смонтирован на небольшом тракторе.
Мы будем высматривать затемнения, необычную окраску — словом, все, что предполагает наличие объектов искусственного происхождения.
Была уже середина ноября, и день стоял ужасно холодный.
Тяжелые тучи сулили снегопад, но подробнее на этой странице весь день упало лишь несколько снежинок.
Кроме Мур, в команду входило еще два техника: Чарли Рамирес, мрачноватый мужчина, управлявший трактором и радаром, и специалист по радиотехнике Сара Вайнбарджер — блондинка с прямыми волосами, тоненькая как тростинка.
Из-за пронизывающего холода Мур и Чарли водили трактор по очереди.
Чарли не любил холода и много говорил о Неваде.
Как только граница откроется, я сматываюсь отсюда.
Снедаемый любопытством Макс поинтересовался, нельзя ли понаблюдать за ходом операции изнутри фургона.
Но для нас это может иметь последствия.
Они наметили поисковый маршрут, и Чарли повел трактор к вершине холма.
Миновав ветрозащитную полосу, он въехал на гребень и сделал резкий правый разворот в сотне ярдов от места первоначальной находки, завершая прохождение первой из серии перекрывающихся прямоугольных полос.
Уйдя в дом, Макс занял место у окна столовой.
Трактор тарахтел до самого вечера, методично утюжа участок Ласкеров ярд за ярдом.
Уолтер Асквит, "Древние берега" В этот день команда техников не обнаружила ничего, но Макс уверил Ласкеров, что все идет, как надо, и полетел домой.
Второй день читать больше пятница — тоже не принес никаких результатов, и работы свернули до понедельника.
Эйприл просила Макса и Ласкеров говорить о посмотреть больше как можно меньше, и сама следовала этому правилу, не обмолвившись коллегам по институту ни словом.
Но ей хотелось поделиться хоть с кем-нибудь.
Энтузиазм Макса не уступал ее собственному, и потому в последующие дни, пока радар безрезультатно обшаривал владения Тома Ласкера, они встречались по вечерам, чтобы вместе пообедать, выпить, но главное — ради долгих и жарких бесед.
Эти беседы укрепляли их надежды и постепенно вели к возникновению неофициального союза.
Однако о том, что составляло их конкретные упования, они говорили нечасто.
Эйприл рассчитывала, что удастся воспроизвести технологию производства трансурановых элементов, а Макс надеялся, что Землю действительно посещали инопланетяне и что доказательства тому лежат где-то неподалеку.
Но Макс подозревал, что рано или поздно на поверхность всплывет более прозаическое объяснение: Эйприл могла проглядеть нечто важное.
Обычно ей удавалось развеять его сомнения между пиццей и пивом хотя лишь на время.
Самой же Эйприл опереться было не на кого.
Вообще-то она считала, что обладает железным характером и не принадлежит к числу людей увлекающихся или одержимых тщеславием.
И все же ей хотелось бы услышать мнение со стороны, получить подтверждение специалистов.
Но ставка была чересчур велика, и Эйприл знала, к чему привела бы преждевременная информация: в бой двинулись бы тяжеловесы, отодвинув Кэннон в сторонку.
Ей просто надо было с кем-нибудь поговорить!
Ласкеры, сидящие на эпохальном открытии, смотрели на происходящее чересчур благодушно, чем раздражали ее.
Разумеется, они заинтересованы, возможности интригуют их, но запала у них маловато.
У Эйприл даже сложилось впечатление, что, скажи она Тому Ласкеру, что на его участок рухнула летающая тарелка, он пошел бы на нее посмотреть, но только после того, нажмите для продолжения накормит скотину.
Макс — дело другое.
И в этот трудный период он стал единственной ее поддержкой.
Самые будоражащие возможности они предпочитали не обсуждать всерьез, подшучивали над тем, как все это скажется на их собственной жизни.
Эйприл расписывала фото Макса на обложке "Тайма" — он высовывается из кабины "Молнии" в залихватски распахнутой летной куртке.
А он рассуждал о Нобелевской премии для женщины, подарившей миру вечную гарантию на автомобиль.

Комментарии 15

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *